Мы в социальных сетях


Голосование

Вы счастливы в браке?
 

Последние комментарии


Эвелина Блёданс: в нашей семье у всех один диагноз – оптимизм!

Бернара БАТТАЛОВА
 
В этом году она стала мамой малыша с синдромом Дауна. Актриса рассказала, как особенный ребенок изменил окружающий мир.

– Год начался с прекрасного ожидания, – говорит Эвелина. – Поскольку мы были уже сильно беременными, то с мужем отказались от дальних перелетов на Мальдивы и Новый год встретили в Сочи, где я вела мероприятие в праздничную ночь. Потом съездили на Сицилию. Накупили там кучу нарядов для беременных. В Москве были походы в бассейн, и на занятия будущих мам, и в салоны красоты. Я посмотрела все премьеры в кино и театре. Это был период безделья, лежания на диване и фантастического расслабления. А потом появился Семён.
– И все изменилось?
– Первый месяц запомнился беганьем от одной больницы к другой, переездами на «скорой помощи» и реанимацией. Мы прошли через капельницы, слезы и страданья. Лишь спустя месяц мы переехали за город, обустроили дом, и началось блаженство. Наступило лето с грядками и овощами и круглосуточные прогулки с ребенком по большому саду.
– Когда вы узнали, что ваш ребенок особенный, что испытали? Страх?
– Прежде всего — любовь. И не страх, а скорее растерянность. Все-таки мы с мужем не были готовы к такому диагнозу. Мы просто не знали, что делать, если долгожданный ребенок родился особенным. Но куда больше напугало нас другое. Сёмочке ставили серьезный диагноз, связанный с проблемами сердца. Поэтому первые дни вопрос стоял даже не о синдроме Дауна, а о том, выживет наш сын или нет. Три дня, пока мы ждали результатов УЗИ, были невыносимые. Я страдала от того, что мне не разрешали кормить сына грудью. Врачи объясняли, что элементарное сосание даст нежелательную нагрузку на сердце. Когда стало понятно, что угрозы жизни уже нет, нас перевели в больницу на курс реабилитации. Там сына восстанавливали. Искололи все вены. Когда я брала его кормить, перевязанного и всего опутанного проводами, думала о главном — страшное позади, и нужно лишь время, чтобы наш сын подтянулся по параметрам. Когда мы выписывались из больницы, нам сказали, что Сёмочка настолько клинически здоров, что ему могут позавидовать большинство детей. У нас уже был плановый осмотр в шесть месяцев. Следующий осмотр в год.

Новые друзья

– Новость с вашим признанием о диагнозе Сёмы наделала много шума. Когда слышите слова: «Блёданс пиарится за счет ребенка», не обидно?
– Я не первый год в этом бизнесе и уже привыкла, что есть люди, которые постоянно сидят в Интернете, обсуждают всех и вся. Раньше – мои туфли, платье или прическу, сейчас есть другая тема. Конечно, это неприятно, но страдать не собираюсь. У меня есть уверенная позиция в том, что я делаю. Чьи-то высказывания ни в коем случае не могут ее изменить. К тому же хорошего говорят гораздо больше.
– Правда, что к вам теперь обращаются за советами?
– Да, например, я познакомилась с одной мамочкой, с которой, как выяснилось, мы родили в один день сыновей, назвали одним именем, и оба они с синдромом Дауна. А другая мамочка призналась, что пять лет гуляла с ребенком с синдромом только ночью. И после нашего с Сашей признания теперь они смело выходят днем. А недавно нам удалось убедить родителей, которые стояли на распутье, не отказываться от ребенка с синдромом Дауна. Сегодня малыш в семье.
У нас с мужем есть цель — помощь мамочкам, оказавшимся в похожей с нами ситуации. Следующая тема — добиться официального приказа или закона, что врачам будет запрещено предлагать родителям, у которых родился ребенок с синдромом, отказываться от малыша. Сейчас закончим дело с Ароновой и начнем работать дальше (ведущая программы «Все будет хорошо!» Мария Аронова высказала предположение, что дети с синдромом Дауна могут быть опасны. — Прим. «Телесемь»).
– Как продвигается дело?
– К сожалению, она, похоже, так ничего и не поняла. Мы были на программе, посвященной этому конфликту, и она все твердила, что народная артистка и что она хотела, чтобы построили детские дома и вообще, она имела в виду конкретного ребенка. Но нашими адвокатами была проведена лингвистическая экспертиза, которая доказала, что говорилось о всех детях. И Роскомнадзор признал ее виновной по восьми пунктам. Но она стояла на своем. Зачем пришла? Непонятно. Буквально тисками вытянули из нее извинения. Мы, конечно, простили, в конце концов, она уже не телеведущая, и программа, оскорбившая наших деток, тоже больше не существует. И если в будущем кто-то будет дискутировать о таких детях, он уже внимательнее отнесется к словам.
– А вообще, диагноз Семёна стал лакмусовой бумажкой в общении с друзьями? Чье-то отношение изменилось?
– Я не почувствовала какие-то перемены. Наоборот, нас поддержали многие люди, с которыми мы не общались близко, — Эвелина Хромченко, Даша Донцова, Ира Лачина. А какие замечательные статьи о нас написал Отар Кушанашвили! Анфиса Чехова с мужем и сыном приезжает к нам в гости. Есть единственный человек, который вызывает у меня непонимание, — это Катя Гордон, после того, как она позволила в наш адрес высказывание: «Скоро меня обвинят в том, что у меня ребенок здоровый, и мне за это придется извиняться». Теперь, если меня приглашают на какие-то мероприятия, связанные с материнством, у меня есть единственное условие: рядом не должно быть Гордон.

Наряды для сына

– Что у вас изменилось в графике дня?
– Я вычеркнула раз и навсегда светские мероприятия и премьеры. Со мной в жизни такого не было, чтобы я оставила тусовки и отправилась в уединение, получая от этого массу удовольствия. На светских мероприятиях я работаю, если получаю за это хорошие деньги. Либо мы занимаемся благотворительностью. Например, как было с пробегом мамочек с колясками. А этот год вообще крутится вокруг Семёна. Когда я вне дома, постоянно думаю о сыне. Сейчас после съемок планирую заехать в магазин и купить ему парочку теплых комбинезонов.
– Получается, теперь не только маме нужны наряды, но и малышу тоже?
– Да. Нас с сыном часто снимают. И тут он повторяет меня: я не могу появляться в одном и том же платье несколько раз. Мы с Сашей постоянно занимаемся обновлением гардероба Семёна. Он честно работает, позируя во время съемок и фотосессий – никогда не капризничает. И даже подписал первый рекламный контракт и приносит деньги в семью. Сегодня мы покупаем ему наряды, потом будем откладывать ему на машину… Так что гардеробная сына в доме будет расширяться — по количеству одежды она уже приближается к моей.
– Ребенок отнимает у женщины много времени, необычный ребенок требует внимания больше. Что остается на себя?
– Два раза в неделю хожу в бассейн здесь, в деревне, в пяти минутах от дома. Раз в неделю — в свою баню. Забросила все салоны и спа в том числе. И знаете, замечательно себя чувствую. Поняла, что все эти салоны — иллюзия. Я даже никакой зарядки не делаю. Есть велотренажер, который выиграла в передаче о здоровье у Полицеймако. Один раз я прокатилась, а сейчас на нем висят Сёмины комбинезоны и шапочки. Вместо зарядки занимаюсь огородом, хозяйством. Конечно, мне помогают. Но я на руках с Сёмочкой хожу покормить курочек, мы собираем яйца.
– Так и до коровы или козы недалеко.
– О козе были мысли, но сама я ненавижу «козлиное» молоко, и Семёну оно пока тоже не нужно. У него есть своя мама-коза. Возможно, когда у козы Эвелины закончится молоко, мы заведем козу Маньку. Но не сейчас.

Сын по паспорту

– В вопросах воспитания сына с мужем споры возникают?
– Нет. Лишь однажды, когда муж взял Семёна за ноги и перевернул вниз головой, я закричала: «Не надо! Ему больно и страшно!» А потом, когда к нам в гости пришли Анфиса с Гурамом, который крутил за одну ногу их сына Соломона, я поняла, что и Саша может спокойно повторить это с Семёном. Сын не плачет, а балдеет.
– Родители планируют будущее ребенка. Спорят, на танцы отдать чадо или в бокс. Вы как видите будущее Семёна?
– У нас свои интересы: надо крепко сесть, потом пойти. Проблемы широкого спектра не волнуют. В какую школу или детсад он пойдет, неважно. Главное, мы привьем ему уверенность в себе. Добьемся, чтобы он, несмотря на диагноз и особенности, нормально общался с внешним миром. С тем кусочком, который будет приятен и ему, и нам. Сегодня Сёмочка пытается вставать, а ему еще и сидеть самостоятельно нельзя. Но мы в процессе зарядки стоим по минутке на ножках. С огромным удовольствием плаваем. При слове «ныряем» Сёма набирает воздух и ныряет. Подряд делает уже девять нырков. Иногда отпускаем руки, и сын самостоятельно держится на воде. Все, что касается физических упражнений, ему очень нравится. Семён — позитивный малыш. Когда целую его, хохочет. Похоже, что сын — копия меня. Недавно на съемках программы услышала в свой адрес приятные слова: я – самая позитивная, улыбающаяся и довольная жизнью актриса, которая участвовала в съемках. Либо у меня синдром, либо у Семёна его нет. Мы очень похожи друг на друга. Радуемся всему, что происходит. Вообще, в нашей семье у всех один диагноз – оптимизм!
– Вы говорите о сыне — и на лице улыбка. Создается впечатление, что вы не умеете грустить.
– Так и есть. А что тут такого?
– А все-таки были слезы за прошедший год?
– Улыбаться мне не хотелось в каких-то единичных случаях, которые знакомы каждой маме. Когда плачет и кричит от газиков твой ребенок. Когда любимое создание мучается, в голове безумный звон. Но, в общем, мы с Сашей никогда не грустили и не собираемся. Да, у нас такой ребенок, да, он позже сядет и пойдет. Позже начнет учить таблицу умножения, хотя на фиг она, эта таблица, нужна. Я не собираюсь заставлять его учить то, что ему в принципе никогда не пригодится. Как мне не пригодились ни физика, ни химия. Зато, списывая шпаргалки, я испортила себе зрение и сегодня вынуждена ходить в очках. Семёну будет вполне достаточно «вычитать и умножать, малышей не обижать». Я не строю никаких планов. Знаю одно: наш ребенок будет всю жизнь с нами. Вот, например, старшего сына Колю я уже давно не вижу…
– Он до сих пор не может простить вашего ухода от его отца?
– Думаю, что да. Мы общаемся, но немного. Вроде в паспорте у меня написано: сын Николай. Но его уже давно нет рядом. Он живет с папой в Израиле, там у него напряженная учеба. Общение происходит формальное. Надеюсь, что это не навсегда. Просто нужно время, чтобы все восстановилось.
– До Нового года совсем чуть-чуть. Подарки сыновьям уже приготовили?
– Коля в том возрасте, когда лучший подарок – деньги. Он распорядится ими как пожелает. Потратит на девочек или купит, что ему нужно. Ну, а для Семёна лучший подарок – сися. Обвяжу ее бантиками, разукрашу серпантином и конфетти. И предстану перед ним, как подарок. Еще он получит прикольный ноутбук. Игрушечный. А чтобы была атмосфера праздника, нарядим все елки возле дома мигающими гирляндами. Семёну понравится.

Этот e-mail адрес защищен от спам-ботов, для его просмотра у Вас должен быть включен Javascript
Фото Влады КРАСИЛЬНИКОВОЙ; стиль Анны ЧУМАЧЕНКО; макияж и прическа Карины ГУСЕЙНОВОЙ, Persona Stars



Поделись с друзьями






Новости партнеров


Популярное

Читайте также



Добро пожаловать
на официальный сайт
Телесемь
Сейчас 261 гостей онлайн