Печать 
Разворот

Тимур Родригез: каждый отец должен видеть, как рождается его ребенок!

Всеволод ЕРЕМИН
 
Певец, телеведущий и участник шоу «Один в один!» растит сыновей максимально самостоятельными. Но иногда может припугнуть ремнем!

– На протяжении всего проекта вы были одним из фаворитов. Со стороны казалось, что перевоплощения даются легко…
– Пожалуй, это один из самых приятных комплиментов. Спасибо. Но это адски непросто, если перед тобой стоит задача не просто стать похожим на оригинал, а быть этим самым оригиналом. Ведь «Один в один!» – не пародийное шоу, как до сих пор, к сожалению, думают многие. Это шоу перевоплощений, где малейшие несовпадения лишают тебя шансов на победу. Самое страшное, что я даже во сне продолжал репетировать номер. Иногда вскакивал ночью, записывал идеи или бежал в ванную комнату к зеркалу, чтобы опробовать придуманное.
– Это кошмарный опыт. А положительный остался?
– Начнем с того, что это уникальная актерская школа, которая не давала нам расслабляться ни на минуту! Потрясающая тренировка для собственных концертов. Вокал, пластика, способность приковать внимание аудитории и не отпускать до конца выступления. Все это важно для удачного шоу любого артиста, который хочет, чтобы о нем помнили хотя бы пока он жив. Пару недель назад Федор Бондарчук, поздравляя меня с достойными выступлениями, в конце разговора добавил: «Ты только представь, сколько актеров мечтает о том, чем вы сейчас занимаетесь!»
– И кто из персонажей дался труднее всего?
– Легких образов у меня не было в принципе. Я начал шоу с перевоплощения в Майкла Джексона. Несмотря на бесконечную любовь к нему, многолетнее увлечение танцами и музыкой, необходимо было так точно передать его сценическое состояние, пластику, вокал, чтобы у зрителя осталось правильное послевкусие. Можно, конечно, вспомнить безумное количество утягивающих колгот, корсетов, шорты на пятилетнюю девочку, которые мне пришлось надеть, чтобы стать Нюшей. Или уроки итальянского для образа Адриано Челентано. Ну и, безусловно, многочасовую распевку перед перевоплощением в Сергея Пенкина. После этого номера даже продюсеры шоу сказали мне, что они представить не могли, что у меня такой голосовой диапазон. Хотя, наверное, один из самых важных номеров не только в этом проекте, но и в моей карьере – посвящение Людмиле Марковне Гурченко. На сцене я впал в какое-то неземное состояние, стало так тяжело и физически больно исполнять эту песню, что даже сейчас, когда я рассказывают вам об этом, наворачиваются слезы! На съемках «Пусть говорят» ко мне подошел Роман Виктюк, который лично знал Людмилу Марковну, и сказал: «Ты просто не понимаешь, что ты сделал!»

Свадьба как результат испорченного вечера

– Вы постоянно заняты: поете, ведете шоу, играете в спектаклях, участвуете в телепроектах... Время на семью остается?
– Я, к моему великому счастью, абсолютно осознанно стараюсь выделять один-два дня в неделю на отдых с семьей – с утра до вечера. Иногда даже отключаю телефон. И, должен вам сказать, это так здорово!
– А как познакомились с супругой Аней?
– Совершенно случайно. Будущая жена выбралась с подругами отдохнуть в ресторан, где в этот момент мой лучший друг Леонид Школьник, сценарист и телевизионный продюсер, отмечал день рождения. И вместо того, чтобы в тишине поужинать, она вынуждена была услышать песенные поздравления, которые я решил преподнести Леониду, забравшись на барную стойку. Столкнувшись с очаровательной девушкой в коридоре, я даже предположить не мог, что она и знать не знала, кто я такой, да еще вдобавок нарушил ее спокойствие. Вот уже шесть лет я искупаю вину за испорченный тогда вечер.
– Насколько я знаю, до замужества у вашей супруги был собственный бизнес-проект. А потом она стала просто заботливой мамой и женой. Это был ее выбор?
– Это, безусловно, выбор Ани. Я просто не могу описать словами, сколько забот легло на ее плечи. Зато могу часами рассказывать о том, как блестяще она со всем этим справляется. Не представляю ни одной другой женщины, которая так бы заботилась о семье.
– А у вас есть какие-то обязанности по дому? Или вы только добытчик?
– Я периодически, конечно, по возможности помогаю. Но мне в большей степени дома позволяют отдыхать. Потому что иначе выдержать несколько перелетов в день и ежедневную работу будет просто невозможно.

В большой семье любви хватит на всех

– Кто выбирал такие необычные имена для ваших детей – Мигель и Даниэль?
– Познакомившись с ними, вы поймете, что по-другому их звать просто не могут.
– Помните, как вам жена сказала, что беременна первенцем – Мигелем?
– Я был на гастролях в другом городе. И в перерыве между выходами на сцену, как всегда, позвонил домой. В конце разговора Аня сказала, что я скоро стану папой. После чего я не мог понять, как смогу выйти на сцену и дожить этот день до конца, потому что рейс у меня был следующим утром.
– А какие были ощущения, когда впервые увидели сына?
– Дело в том, что я присутствовал… на родах! Причем обманным путем. Находясь рядом с Аней в роддоме, я обещал ей уехать, но остался до самого конца. Я не мог позволить себе оставить Аню одну в один из самых важных моментов нашей жизни. И искренне считаю, что так должен поступать каждый отец!
– Со вторым ребенком, наверное, было несколько проще?
– До рождения Даниэля я не мог себе представить, как, обожая одного ребенка, можно так же любить второго. Сейчас, мечтая о большой семье, понимаю, что любви хватит на всех. Насчет нервов – не уверен.
– То есть на двух ребятишках останавливаться не собираетесь?
– В планах дочка! А не будет дочки – будет внучка!
– Как старший сын относится к младшему братику? Оберегает?
– И безумно любит! Мигель с большим нетерпением ждал появления братика, и сейчас он – его лучший друг.
– И вас не ревнует к Даниэлю?
– Ну что вы! Мы с Аней всегда говорим Мигелю, что мы никогда бы не смогли любить его меньше, и он всегда это чувствует.
– Какой у вас метод воспитания – кнут и пряник?
– Мы с супругой периодически меняемся ролями! Во-первых, чтобы Мигель не возненавидел одного из нас, а во-вторых, чтобы самим к этому не привыкнуть.
– Детей часто балуете подарками, игрушками?
– Вот это как раз моя большая проблема! Иногда, чтобы добраться в детскую, приходиться пару часов расчищать лопатой дорогу – столько у них игрушек.
– Со старшим сыном подурачиться вместе можете?
– Конечно! После наших игр нужно вызывать спецтехнику, чтобы все убрать. По-моему, нет ничего лучше, чем играть и дурачиться с детьми. Надеюсь, эта форма отношений сохранится навсегда. Учитывая темперамент Мигеля, я надеюсь, его переходный возраст не лишит меня рассудка.
Спорим, вы не знали, что…
предложение жене Тимур сделал на вершине вулкана Этна, чтобы подчеркнуть взрывоопасность их отношений.

Разбудить в папе Халка

– Старший сын узнает вас в образах в шоу?
– Мигелю, конечно, не всегда удается распознать в том или ином человеке на сцене отца, ведь меня скрывают килограммы грима. Однако для нас с Аней было удивительно услышать от Мигеля в момент моего выступления в образе Джеймса Брауна: «Папа смешной!» Можете представить, как мы в этот момент опешили!
– А вы уже узнаете в Мигеле маленького себя? Слышал, что вы были сорванцом, непоседой. Он растет таким же?
– Он – это Аня и я, умноженные в сотни миллионов раз! И, как гласит одна известная шутка: «Любите ваших внуков, они отомстят за вас вашим детям!» Мои родители могут быть спокойны! Еще как отомстят.
– А вам бы хотелось, чтобы Мигель был похож на вас по характеру?
– Мне бы ужасно хотелось, чтобы в нем была моя безграничная вера в собственные силы, в то, что смысл бороться до конца есть всегда. Хочу, чтобы он, не рассчитывая на помощь со стороны, смог исполнить мечты.
– Не боитесь, что сыновья вырастут папиными сынками? Для многих обеспеченных семей это привычная ситуация. Может, в чем-то их нужно ограничивать?
– Ограничения уже начались для Мигеля. Даниэля постигнет эта же участь. Хотя, конечно, им будет гораздо легче, чем мне в детстве. Но, как я уже говорил, наша основная с Аней задача – сделать их максимально самостоятельными! Надеюсь, они успеют сказать нам когда-нибудь за это спасибо.
– А ведь как-то вы признались, что жалеете о том, что вам в детстве не давали ремня…
– Думаю, иногда это действительно помогает. Бить, может, и не стоит, но пригрозить надо обязательно. Среди моих ремней есть огромное количество дизайнерских шедевров. Иногда просто достаточно показать толстый ремень с массивной пряжкой, чтобы все игрушки были убраны.
– То есть вы все-таки строгий отец?
– Я просто обязан иногда быть строгим. Но чаще всего я просто не хочу ругать сына, и прежде всего из-за того, что не вижу его так часто, как хотел бы. Хотя Мигель знает, что это такое – разбудить в папе Невероятного Халка! Если же случаются конфликты, то я стараюсь говорить с ним как с равным! Для меня он не малыш. Он – настоящий мужчина, который просто не все знает о том, как им быть.
– Чего вам не хватает для полного счастья?
– Моего клона с официальным разрешением на работу.

Этот e-mail адрес защищен от спам-ботов, для его просмотра у Вас должен быть включен Javascript
Фото пресс-службы и из личного архива Тимура Родригеза, Руслана Рощупкина/«Первый канал», Сергея Миланского