Мы в социальных сетях


Голосование

Вы счастливы в браке?
 

Последние комментарии


Дать в ухо Максиму Галкину

 
«Телесемь» расшифровала тайный язык работников телевидения.
– Привет, дорогая! Ты где сейчас?
– В Стакане.
– А я как-то привык к Яме, отсюда теперь никуда!
Это не диалог дождевого червяка с инфузорией-туфелькой. Беседуют двое коллег-телевизионщиков. Она работает в телецентре «Останкино», а он – в ВГТРК, на 5-й улице Ямского Поля.
Человеку непосвященному понять разговоры телевизионных профессионалов непросто: странных, если не сказать больше, словечек у них!.. Опросив с десяток работников Стакана и Ямы, «Телесемь» составила словарь тележаргона, а попутно записала несколько правдивых историй, связанных с его применением.

ПЕТЛЯ И РИТУАЛЬНЫЕ УСЛУГИ

Дарья Спиридонова, ведущая программы «Доброе утро, Россия!» («Россия»):
– В кадре даже отличная кожа смотрится не идеально, поэтому лицо нужно хотя бы припудрить. Некоторым гостям-мужчинам вообще странно, что их будут красить. Когда же они слышат фразу гримера «Cначала к нам на ритуальные услуги, а потом в эфир», то совсем теряются. «Ритуальными услугами» мы называем грим. В последнее время стараемся это выражение не использовать: некоторых гостей оно выбивает из колеи. А еще мои собеседники смотрят на меня с опаской, когда я до эфира говорю звукорежиссеру: «У меня ухо вываливается» или «Ухо шипит». А это всего лишь означает, что плохо вставлен или не работает микрофон, закрепленный в ухе.
Павел Селин, корреспондент программы «Главный герой» (НТВ):
– Микрофончик, который крепится к пиджаку или блузке собеседника, называют петлей или петличкой. Когда обращаешься к звукорежиссеру: «Вешаем на Ивана Ивановича петлю», в этот момент Иван Иванович бледнеет и пятится назад. Один генерал с хорошим чувством юмора, услышав мою фразу, спросил: «Послать прапорщика мыло принести?»

ТЕЛЕЖАРГОННЫЙ СЛОВАРЬ «ТЕЛЕСЕМЬ»

Бантик – добрый или смешной сюжет ни о чем. Ставится в программы новостей, чтобы уравновесить негатив и подбодрить зрителей.
Вожак – продюсер.
Гоблины – плохо подобранные зрители для развлекательной программы. Они не слушают, болтают, вяло хлопают, не улыбаются.
Говорящая голова – телеведущий, снятый крупным планом. Обычно произносит не им написанный текст.
Дать в ухо – сказать что-то ведущему.
Журавли, удочки – микрофоны на длинной палке, которые протягивают к далеко стоящему герою сюжета – обычно очень важной персоне, – вокруг которого много корреспондентов и операторов.
Звучок – звукооператор, звукорежиссер.
Картинка – снятый оператором видеоряд без закадрового текста.
Консервы – сюжет или программа, записанные про запас.
Лайф – в новостях «живой» кусок в кадре: кто-то бежит, кричит.
Ладушки – аплодисменты зрителей, которые снимаются отдельно. Людей в студии просят похлопать, а при монтаже вставляют в нужное место.
Лохи – зрители в студии.
Мебель – люди, приглашенные в программу, в которой есть общение со зрителями. Им дадут сказать одну фразу или вообще не спросят. Их позвали «для мебели».
Молочный план – из жаргона операторов – так называемый первый средний план (человека снимают по грудь). См. Пасхальный план.
Мохнатка – большая пушистая насадка на микрофон, оберегающая его, как правило, от ветра.
Наговор – текст, который ведущий за кадром «наговаривает» на картинку. Из этого складывается сюжет.
Отбивка – конец программы. См. Подача.
Пасхальный план – из жаргона операторов – так называемый второй средний план (снимают все тело человека, кроме ног). См. Молочный план.
Перекрышка – короткий сюжет, озвученный не корреспондентом, а ведущим.
Подача – начало программы. См. Отбивка.
Подводка, устняк – слова ведущего перед показом сюжета.
Пояс шахида – радиомикрофон с приемником, который крепится к поясу ведущего.
Прямиться – выходить в прямой эфир с места события.
Сбитый летчик – ведущий, который был очень популярным, а потом исчез с экрана.
Синхрон – прямая речь человека, ставшего участником событий.
Перекрыть синхрон – наложить картинку на интервью. Актуально, когда человек говорит слишком долго.
Стакан, Стаканкино – телецентр «Останкино».
Стэнд-ап – корреспондент в кадре о чем-то рассказывает.
Хрен – хронометраж.
Хрипушка – сообщение, переданное корреспондентом в эфир теленовостей по телефону. Качество звука обычно неважное, отсюда название.
Шапка – графическая заставка в начале программы.
Шептало – микрофон, в который синхронисты нашептывают перевод.

В СТАКАН НАДО НАЛИВАТЬ!

Виктор Ерофеев, писатель, ведущий программы «Апокриф» («Культура»):
– Мне глубоко чужд жаргонный язык, и я его не использую. Чтобы называть «Останкино» Стаканом, надо пребывать в определенном возрасте, любить корпоративы и коктейли. Когда я прихожу на канал «Культура», ко мне относятся, будто я царь и бог (хотя, конечно, я и не царь, и не бог). Но по крайней мере со мной никто на таком языке не разговаривает. Это ребячий язык, для юных девочек и мальчиков.

«ОЧЕЛОВЕЧИВАЯ» ПРОФЕССИЮ

Кирилл Сигал, доктор филологических наук, ведущий научный сотрудник Института языкознания РАН:
– Почти во всех профессиях есть свой жаргон, где-то больше, где-то меньше. Очень много жаргонизмов у людей технических профессий, врачей, милиционеров, а, например, писатели, драматурги редко используют такие слова. Если люди называют все «по-своему», значит, им необходимо «очеловечить» профессию, приблизить ее к себе, создать вокруг себя свое пространство. Профессиональные жаргонизмы, как и термины, одним словом передают целый блок информации и четко, емко обозначают предмет или действие для тех, кто их понимает. В СМИ жаргонизмы распространены еще и потому, что для журналистов игра с языком – часть профессии, от них в вузах требуют не писать шаблонами.
В целом профессиональный жаргон нужен, чтобы делить людей на «своих» и «чужих», скрывать от «чужих» информацию и создавать на работе благоприятный речевой микроклимат. Кроме того, у телевизионщиков стрессовая работа: прямые эфиры, подготовка материалов о трагедиях. В такой ситуации употребление смешных и нарочито жестких, циничных жаргонизмов помогает снять психологическое напряжение, понизить чрезвычайную важность и трагизм событий.

ПАРАД ПРИСТРАСТИЙ

Ваши слова-паразиты?
Ника Ганич, «Субботник» («Россия»):
– Раньше начинала программу словами: «Я бы хотела сказать». Сейчас часто говорю: «Хорошо».
Алексей Лысенков, «Сам себе режиссер» («Россия»):
– Моя мама преподавала русский язык и литературу, от нее я научился говорить грамотно, поэтому слова-паразиты не употребляю.
Михаил Тукмачев, «Обзор. Чрезвычайное происшествие» (НТВ):
– «Однако» и «кроме того». Когда пишу тексты, их не употребляю, а в эфире они иногда все равно проскакивают.
Наталья Ионова, «Детские шалости» (СТС):
– «Чё», «прикольный», «офигенно».
Андрей Кайков, «6 кадров» (СТС):
– Когда я выпиваю хотя бы 50 граммов, после каждого предложения говорю: «Вот так вот».
Александр Асташенок, группа «Корни»:
– «Ок», «некий». Эти паразиты оказались заразны и распространились на всех участников нашей группы.
Вероника БАРАБАШ
Рисунки Дмитрия ТРОФИМОВА. Фото ИТАР–ТАСС, Дмитрия ЛЕКАЯ/«Коммерсантъ»


Поделись с друзьями






Новости партнеров


Популярное

Читайте также



Добро пожаловать
на официальный сайт
Телесемь
Сейчас 277 гостей онлайн