Мы в социальных сетях


Голосование

Вы счастливы в браке?
 

Последние комментарии


Храбрая сердцем

Ксения ИВАНОВА
 
Велогонщица Ольга Забелинская на лондонской Олимпиаде выиграла две бронзы, несмотря на диагноз «порок сердца».
От кардиограмм Забелинской специалисты бледнели и запрещали ей приближаться к велосипеду. А Ольга была уверена, что сможет не только кататься, но и побеждать. Она, мама двоих детей, в 32 года впервые приехала на Олимпиаду и доказала, что является одной из сильнейших спортсменок планеты. Для Забелинской заразительным оказался опыт отца – Сергея Сухорученкова, советского велогонщика, чемпиона московской Олимпиады-80. Правда, отец и дочь не общались почти 16 лет. У него другая семья. А Ольге нужно было доказать и ему, и себе, что она тоже может попасть на Игры и выиграть.
– Я была против велоспорта. Однако когда Оле исполнилось 10 лет, она без моего разрешения записалась в спортивную школу, – рассказала мама спортсменки Людмила Забелинская. – Дочь очень упрямая, все равно сделала бы по-своему.
В группу записывали только с 12 лет. Но тренер Елена Гуслева, разглядев способности девочки, согласилась заниматься с ней с 10. Однако все опять уткнулось в медицинские справки. И тогда Ольга уже вместе с мамой занялись поисками врача, который возьмет на себя ответственность и поставит штамп «Здорова». И такой врач нашелся в Военно-медицинской академии.
– Доктор нас долго обследовал и пришел к выводу, что спортивная нагрузка даже полезна. Сердечная мышца во время тренировок может укрепиться. И тогда я немного успокоилась, – говорит мама.
Таких олимпийских успехов от дочери Людмила Забелинская не ожидала. Хотя знает, что у Ольги исключительная трудоспособность, упертость и выносливость.
– Смотрела Олимпиаду дома в одиночестве: не люблю, чтобы кто-то находился рядом, когда я болею за дочь. Нашла английский сайт, который в реальном времени транслировал гонки. И сразу после финиша позвонила Оля и прокричала: «Мамочка, у меня бронза!» А я ответила: уже знаю, смотрела.
Переживал за Ольгу и отец – Сергей Сухорученков. Оля уже все доказала именитому папе и даже стала не менее знаменитой.
В аэропорту Ольгу встречали поклонники, друзья и, конечно, близкие. Медалистку без конца обнимали, целовали, дарили цветы. Особенно радовались мама, папа, двое сыновей, Богдан и Виталик, и любимый муж Ольги, он же личный тренер, Юрий Аношин.
После встречи в аэропорту «Телесемь» заехала в гости к призеру Олимпийских игр.
– Ольга, нам, зрителям, кажется, что планировать медали Олимпиады странно. Но для вас они оказались неожиданными?
– Скорее они долгожданные. Без них было бы разочарование. Конечно, жаль, что не золотые. Но на достигнутом не собираюсь останавливаться и планирую принять участие и в следующей Олимпиаде. Думаю, что результаты будут лучше, чем в Лондоне. Можно сказать, я вошла во вкус.
– Почему супруг не поехал на Олимпиаду вместе с вами?
– У него не было ни визы, ни аккредитации на Олимпиаду. Очень много желающих туда поехать, в том числе наших звезд шоу-бизнеса. А на тренеров частенько не хватает аккредитаций. И еще на второй день нашего пребывания в Лондоне моего массажиста выселили из Олимпийской деревни, потому что места не было. А механик, обслуживающий велосипед, вообще жил за пределами деревни в доме на колесах.
– Но, несмотря на сложности, вы выступили замечательно. Кто первый вас поздравил?
– Первым поздравил Юра. Закричал в трубку: «Офигеть!» или что-то вроде этого. Когда мама и дети звонили, сплошные эмоции были, крики «ура», шум, слов не разобрать.
– Понимают ли дети, чем занимается мама? Ценят ли?
– Дети привыкли к тому, что я участвую в соревнованиях, но насколько они понимают ценность олимпийской бронзы, я не знаю. Конечно, они знают, что мама выиграла или проиграла. Сейчас им нравится, что их все фотографируют и задают им вопросы.
– Вы уходили из спорта после рождения детей? Надолго?
– С первым ребенком я вообще не брала тайм-аута. Я с велосипеда за две недели до родов слезла. Легла в роддом 31 декабря после тренировки, планировала родить 1 января. А родила 12-го. В роддоме старалась по лестницам больше ходить, чтобы быть в форме. И через месяц после родов уже села на велосипед и уехала на сборы вместе с сыном Богданом.
А когда родила Виталика, решила отдохнуть от велоспорта. Не было желания ни тренироваться, ни гоняться, совсем. Но когда ребенку исполнилось полгода, я почувствовала в себе какие-то неизрасходованные силы. Они рвались наружу, и я решила вернуться в большой спорт.
– Трудно пришлось?
– Да, в основном были материальные трудности. Пришлось опять покупать велосипед и форму, потому что я все раздарила знакомым. На тренировку нечего было надеть. А это как раз 2008 год, кризис. Мне помогли Федерация велоспорта России, а также Комитет по спорту Ленинградской области и выборгский клуб «Фаворит». Потом начались первые старты, и через четыре месяца я подписала контракт с итальянским клубом Colnago, где провела два года. В этом году образовалась российская команда RusVelo, и я в нее перешла, потому что в олимпийский год хотелось быть «поближе к начальству».
– Но считается, что большой спорт приносит большие деньги...
– В женском велоспорте практически нет денег. Не знаю, откуда такая дискриминация, но в женской велогонке «Джиро д’Италия» приз за первое место – 250 евро, и поделить их надо между членами команды. А в мужской – 10 тысяч евро. Так что до сих пор мы только за идею боролись. Для нормальных тренировок приходится вкладывать либо личные средства, либо обращаться за поддержкой к городу. А финансовые затраты большие: постоянные авиаперелеты, ремонт велосипеда, запчасти… Все очень дорого стоит.
– Какое-то время вы жили в разных странах. А есть ли квартира в Питере? И где дом сейчас?
– Дом у нас везде. В самолете, в гостинице, в машине. Долгое время мы жили на Кипре. Там оптимальные условия для тренировок. Сейчас планирую туда вернуться, готовиться к чемпионату мира. Пока на острове самое благоприятное место для нас. Дети там пошли в школу, а лето они проводят в Петербурге.
– Ваш муж Юрий Аношин еще и ваш тренер. Это хорошо?
– Он ничего мне не запрещает. Может только рекомендовать. Говорит: «Ученого учить – только портить». И во всем, что касается тренировочного процесса, я сама себе голова. Никто, даже родной муж, не может знать, как ты себя ощущаешь, поэтому все тренировочные программы составляю сама, а Юра мне помогает их осуществить.
– Часто тренируетесь?
– Каждый день от трех до семи часов. На тренировках чередую все виды нагрузок. Если нужна силовая – еду в гору. На скоростных тренировках Юра берет либо скутер, либо машину и едет вперед, а я за ним несусь на скорости 60–70 км/ч. Бывает, что детей некуда деть, так муж их сажает в машину и гоняет по Кипру, а я за ними. И так часа три-четыре.
– Когда не занимаетесь спортом, что любите делать?
– Если появляется свободное время, либо просто лежу и отдыхаю, либо занимаюсь с детьми. На Кипре мы с ними ходим купаться, я их отвожу на футбол или на английский – постоянно в движении. Бывает, полчаса полежишь, позагораешь… Но заботы всегда найдутся.
– А готовить любите?
– Раньше я с удовольствием готовила сама, а теперь не тянет. Уже лет пять этим занимается муж. У него отлично получается, и он меня даже не подпускает к плите, говорит, что на кухне должен быть один повар. Фирменное блюдо Юры – рыбный торт с креветками и мидиями.
– Муж вас бережет. А врачи? Не запрещают тренироваться? Спортсмены же ежегодно проходят медкомиссии.
– Конечно, этот вопрос все время возникает, потому что врачи слышат шумы в сердце, и на УЗИ что-то там видят. Но у меня такая ситуация, что в спокойном состоянии порок виден, а после нагрузки все пропадает. Получается, что мне, наоборот, нужно все время себя нагружать, чтобы хорошо себя чувствовать, и, может быть, это тоже причина, по которой я оказалась в спорте.
Этот e-mail адрес защищен от спам-ботов, для его просмотра у Вас должен быть включен Javascript
Фото Виктории Ламзиной, Артема Леготина


Поделись с друзьями






Новости партнеров


Популярное

Похожие статьи

Похожие статьи не найдены

Читайте также



Добро пожаловать
на официальный сайт
Телесемь
Сейчас 227 гостей онлайн