Мы в социальных сетях


Голосование

Вы счастливы в браке?
 

Последние комментарии


Один день, одна ночь…

 
Все лето «Телесемь» будет публиковать отрывки из книг, которые стоит взять с собой в отпуск.
В издательстве «Эксмо» выходит роман Татьяны Устиновой о приключениях писательницы Мани Поливановой, поневоле оказавшейся в центре расследования убийства.
...Приехал наряд, и скучные люди в скучных серых одеждах со скучными дерматиновыми папками под мышками стали осматривать тело. Они присаживались, обходили его кругом, то и дело задевали откинутую очень белую и неживую руку. Рука при этом шевелилась.
– Соседи обнаружили?.. – спросил кто-то из них скучным голосом, похожим на серый дерматин, и второй кивнул на высокую девицу, которая сидела на площадке между первым и вторым этажами, щурилась, курила и стряхивала пепел в громадную чистую хрустальную пепельницу. Пепельница стояла рядом на ступеньке. Обе, и девица и пепельница, были странные и здесь неуместные.
Все остальные жильцы жмутся к стенам, шепчутся, а эта посиживает себе! Покуривает. Ишь ты!..
– Только ты... поаккуратней с ней, – закрываясь от девицы папкой, пробормотал второй.
– А чего? В истерике?
– Да не в истерике она. Она... в телевизоре.
– Чего?!
– Да она какая-то, блин, писательница из этих... модных. Лелька моя от нее прям визжит!.. Только вчера по телику показывали, она там всех жизни учила...
– Вот е-мое...
– То-то и оно...
Первый вздохнул и стал подниматься. Девица смотрела на него внимательно, курила.
– Здрасти, – сказал он, не дойдя, и поправил под мышкой свою папку. – Капитан Мишаков. Ваш труп?
И побагровел от такой своей оплошности.
– Не совсем, – не моргнув глазом отозвалась девица и затушила сигарету. – Но я знаю чей. То есть я его знала, пока он еще не пришел в состояние трупа.
Капитан Мишаков, выправляя оплошность, заговорил нарочито громко и четко, и опять вышла глупость:
– Я имею в виду – это вы его обнаружили в состоянии трупа?
– Это Толя Кулагин, – продолжала девица, не обращая внимания на зрителей, и кивнула в сторону трупа. – Он вчера у меня гостевал. Старый друг.
Капитан Мишаков пожал плечами, сбежал на несколько ступенек, призвал Павлушу – лейтенанта, вполголоса отдал указания, вернулся на площадку и пригласил девицу «пройти».
– Куда? – не поняла та, но поднялась, сразу став на голову выше капитана.
Высокие женщины ему не нравились.
– Пройдемте в квартиру! Которая ваша?
В квартире – о-го-го, такие все больше в кино показывают! – было сумрачно, очень тихо и хорошо пахло.
– Хотите? – спросила переставшая ему нравиться девица. – Кофе сварить?
– Простите, как имя-отчество ваше?
– Поливанова Мария Алексеевна.
– Мне бы документик.
– Вы проходите, – и Мария Алексеевна сделала приглашающий жест, – сейчас все будет, и кофе, и документики...
Из-под старинной разлапистой бронзово-ветвистой вешалки она вытащила портфель, довольно потрепанный, и пошла по коридору. Капитан двинул было за ней, но остановился и присвистнул, ничего не мог с собой поделать.
Все стены широченного, как трамвайное депо, коридора занимали книги. Их было столько, что за ними не разглядеть полок...
– Я вам потом еще в кабинете покажу, – запросто, как другу, сказала девица и распахнула дверь на кухню. – Там еще больше! Считается, что прадед начал их собирать, но сдается мне, что у него уже была библиотека, когда...
– Здравствуйте.
В солнечном, ярком до слез после книжной темноты коридора оконном проеме маячил силуэт. Человек сидел на каменном подоконнике, босой, в джинсах и мятой футболке. На джинсах дырки. На голове кудри и локоны. В руке кружка.
– У-у-у, – подумал капитан. – Дело плохо.
– Вот мой документик, – и в руку ему ткнулся паспорт в затасканной обложке. – Вам с молоком и с сахаром?.. – спросила хозяйка.
– Вы тоже паспорт покажите, – буркнул капитан в сторону сидящего на подоконнике...
– Тогда уж и вы покажите! – произнес длинноволосый.
Капитан перестал листать:
– Что показать?
– Паспорт.
– Зачем?
– А мой вам зачем?
Мишаков рассердился.
Вот чего он терпеть не мог, так вот эдаких фанаберий!.. Сейчас еще про адвоката речь заведет! Насмотрелись сериалов, буржуи проклятые, им бы только кофеек попивать да на подоконниках в рваных джинсах посиживать, а у него, у Мишакова, на руках, между прочим, труп! И вышеозначенный труп, между прочим, по собственному признанию хозяйки, вчера находился именно в этой квартире!..
– Па-а-апрашу паспорт! – неприятным голосом протянул Мишаков. – А удостоверение... вот оно. Пожалуйста.
– Маня, дай ему мой паспорт, – распорядился субъект на подоконнике, мазнув взглядом по удостоверению.
– А где он?.. – спросила Маня.
Кудрявый пожал плечами:
– Понятия не имею.
– Вам с сахаром и молоком?
– Кулагин Анатолий Петрович кем вам приходится?
Кудрявый опять пожал плечами и отхлебнул из кружки. А на костяшках-то ссадины, отметил капитан, ничего себе!.. И свежие совсем! Видать, кому-то не далее как вчера в зубы дал, а на вид хлюпик хлюпиком!..
– Кулагин Анатолий Петрович мой старинный знакомый! – закричала откуда-то издалека девица. – Мы вчера с ним подрались!
Мишаков, не ожидавший такого скорого признания, опешил.
– Как... подрались?
– Маня преувеличивает, – произнес сидящий неприязненно. – Она всегда все преувеличивает. В силу профессии.
– Вот, пожалуйста, – сказала девица так близко, что капитан даже вздрогнул и оглянулся.
– Вот паспорт, а это ваш кофе. Я сахару побольше положила.
Капитан покорно взял и чашку, и паспорт.
На фотографии кудрявый и дырявый выглядел самым обыкновенным, ничем не примечательным человеком, и капитан вздохнул и поставил кофе на стол...
...а дальше Поливанова начинает собственное расследование и узнает, что убийство связано с огромным наследством из-за границы...
Фото Андрея РОГОЗИНА


Поделись с друзьями






Новости партнеров


Популярное

Читайте также



Добро пожаловать
на официальный сайт
Телесемь
Сейчас 315 гостей онлайн